
Как сильно пострадала экономика Сирии в итоге конфликта? Сирия...

— Как сильно пострадала экономика Сирии в итоге конфликта? — Сирия упустила возможность выйти к 2015 году на новейший уровень экономического развития и стать государством upper middle income. На данный момент исходя из убеждений людского развития Сирия находится на уровне Сомали.
Это основная утрата.
Иная суровая утрата — это утраченные макроэкономические достоинства страны. Низкая задолженность, мощный экспорт, чрезвычайно маленький экономный недостаток — 1,7% ВВП, огромные резервы иностранной валюты, высочайшие темпы роста ВВП — 5,5% в протяжении 7 лет.
Снижался уровень безработицы, в особенности посреди молодежи. Все это на сто процентов утрачено.
На данный момент сирийский ВВП — только 45% ВВП 2010 года.
Уничтожено 90 тыс. компаний, 2 млн домов из 4,3 млн разрушено.
Но создание в Сирии не умерло.
Сирийцы продолжают создавать, торговать, экспортировать продукты.
Они по-прежнему экономически активны.
— Сколько будет стоить восстановление экономики страны? — По нашим оценкам, чтоб вернуть ВВП на уровень 2010 года, уйдет 10 лет и $180 миллиардов.
Но лишь ежели война прекратится прямо на данный момент. Каждый новейший день войны отдаляет нас от данной цели.
Но возврат к ВВП 2010 года еще не значит полного восстановления не учитывает людские утраты. До войны, к примеру, в стране было 40 тыс.
докторов. Из их 17 тыс.
покинули страну. Уехало множество предпринимателей, обученных управленцев.
— Откуда могут придти средства на восстановление страны? — Ежели получится установить мир, в 1-ые три года разрыв меж муниципальными доходами и расходами на восстановление экономики будет около $30 миллиардов.
Для покрытия этого недостатка нужна будет помощь от интернациональных организаций и стран, также личные инвестиции.
Вопросец в том, как привлечь эти инвестиции. Необходимы сохранность и симпатичная для бизнеса среда.
Вызов для Сирии заключается не попросту в вербовании средств, а в разработке действенной системы муниципального управления.
Нужно уверить инвесторов в том, что суды независимы, а муниципальные университеты не коррумпированы.
Нам это не очень удавалось и до войны.
Так что есть точная связь меж восстановлением Сирии и реформами.
Восстановление Сирии — сначала политический процесс. — У вас уже есть готовый план восстановления экономики Сирии?
— У меня есть проект.
План должны будут приготовить сами сирийцы, и он должен будет получить одобрение парламента. Мы можем лишь обозначить круг вопросцев.
Но сирийцам придется делать выбор.
— Какой? — К примеру, придется решать, что восстанавливать сначала, — Хомс либо Алеппо.
Растрачивать ли средства на возрождение нефтяной отрасли либо на образование, так как это дозволит убрать малышей с улиц. У нас нет средств сходу на всё.
Это чрезвычайно тяжелый выбор.
— Какие отрасли будут представлять больший энтузиазм для инвесторов? — Сначала жилищное стройку.
В протяжении последующих 10 лет нам нужно строить по 300 тыс. домов в год.
В данной сфере будет бум.
Вырастет спрос на цемент и арматуру.
Будет расти промышленное создание, так как для восстановления страны необходимо будет всё — от дверных ручек до техники. Отличные перспективы имеют пищевая индустрия и сельское хозяйство.
Так как нужно решать вопросец продовольственной сохранности.
В конце концов, будут чрезвычайно нужны денежные сервисы. Необходимы банковская система и фондовый рынок.
— Русские компании отлично управляются с большими инфраструктурными проектами, к примеру в энергетике либо ирригации.
Что можно ждать здесь?
— Нам пригодятся инвестиции в объеме $25 миллиардов в создание электроэнергии.
Необходимо будет восстанавливать ирригационные системы. В наиблежайшие 25 лет ожидается бум в газовой отрасли.
Разрушения в Сирии очень значительны.
Будут способности для почти всех государств.
Давайте определим, каковой русский угол.
Пусть русские компании начнут планировать свои деяния уже на данный момент. — Как сирийский конфликт воздействовал на экономику региона?
— Война в Сирии привела к резкому понижению темпов роста экономики Ливана — с 7% до 1% в год. Выросли безработица и бедность.
Сократилась торговля, прямые иностранные инвестиции, официальная помощь развитию.
Ливанская экономика просела, а потом пришли беженцы. Восстановление Сирии принесет огромные выгоды экономике Ливана, рост достигнет 6%. И это без всяких реформ и модернизации инфраструктуры.
Иордания тоже пострадала, но не так сильно, как Ливан. Так как она получила огромную внешнюю помощь и там есть точная муниципальная политика.
Темпы роста там свалились до 2%. Пострадали также юг Турции и Ирак.
Сирия была принципиальным поставщиком потребительских продуктов в Ирак, там выросли цены. В целом по региону утраты от «арабской весны» (понижение ВВП и разрушения) составили около $1 трлн.
Это сравнимо с потерями от региональной войны. — Кто сумеет восполнить эти утраты?
Может, страны Персидского залива? — При стоимости на нефть $30 за баррель?
Время неблагоприятное. Ежели цены на нефть останутся таковыми низкими, мы столкнемся с неуввязками.
Но в мировой экономике есть $1 трлн на восстановление арабского мира.
Ежели мы станем довольно симпатичными.
— Для Китая?
— Не только лишь для Китая. В Европе на данный момент отрицательные процентные ставки.
Они заплатят для вас, ежели вы возьмете у их кредит.
Средства есть, вопросец в привлекательности. И это неувязка, с которой сталкиваются арабские правительства по всему региону.
— Ежели глядеть в глобальной перспективе, каково влияние «арабской весны» на мировую экономику? — В 2008 году, когда Европу накрыл денежный кризис, я говорил европейцам, что их единственный шанс вернуть рост — бум в арабском мире.
Опосля 2010 года по обе стороны Средиземного моря у нас рецессия в Европе и нулевой рост в арабском мире. Средства в мире есть.
Европа отдала Греции €700 миллиардов.
Этих средств хватило бы на восстановление всего арабского мира.
Ежели вы желаете приостановить ИГИЛ, необходимо отдать работу арабской молодежи. Решение данной трудности не только лишь военное.
Можно нескончаемо бомбить этих людей, но они будут ворачиваться.
Необходимы рабочие места и политическая система, в рамках которой люди будут вольными.