Первый вопрос - как изменился спрос на ядерные материалы за последние годы?
Первый вопрос: как изменился спрос на ядерные специальности за последние годы? Мы не можем жаловаться — спрос очень высокий.
Это связано с тем, что госкорпорация "Росатом" становится крупным игроком на мировом рынке — как в энергетике, так и в смежных отраслях. И родители, и абитуриенты четко понимают: именно за этими технологиями будущее через 5–10 лет.
Популярность растет, средний балл ЕГЭ среди поступающих увеличивается. Если в 2010 году средний балл составлял 75, то в 2011-м — 77, то есть наблюдается положительная динамика.
В рамках технических вузов мы занимаем третью строчку в рейтинге ЕГЭ по версии Высшей школы экономики. По направлению "Информационная безопасность" мы лидируем, по "Физике" — на втором месте, в областях "Ядерная физика и технологии", "Материаловедение" — третьи, а в направлениях "Энергетика и энергетическое машиностроение", "Информатика и вычислительная техника" — на четвертом, по "Математике" — на седьмом месте.
В общероссийском рейтинге среди 525 муниципальных вузов мы занимаем почетное 16-е место, уступая преимущественно гуманитарным и финансовым университетам.
Каков конкурс на профили, связанные с атомной отраслью?
На каждое место претендует 4–5 человек — речь идет о тех, кто действительно подал документы в наш вуз. Для прикладной математики и физики конкурс достигает 18 человек на место, что обусловлено научной направленностью специальности. На "Международных отношениях" — около 12–13 претендентов, на "ИТ и безопасность" — свыше 12. В 2011 году конкурс на физические факультеты вырос примерно в полтора раза по сравнению с 2010-м. Плюсом нашей приемной кампании является возможность подачи документов на любую специальность из любого филиала вне зависимости от того, где реализуется выбранная программа. Какие новые направления, важные для атомной сферы, появляются сейчас? Их достаточно много. Сегодня востребованы так называемые междисциплинарные специальности. Термин "инновационные технологии" отлично отражает те области, которые будут активно развиваться не только сегодня, но и в ближайшей перспективе. Например, сверхпроводимость является ключевой для новой энергетики и соответствующего оборудования. Также перспективны аспекты, связанные с новыми технологическими платформами ядерной энергетики: быстрые реакторы, замкнутый топливный цикл. Особое внимание уделяется специальностям, ориентированным на аппаратно-программные решения. Пример — робототехнические системы на основе современных лазеров, которые выполняют сварочные операции в труднодоступных местах, осуществляя резку сложных изделий и обработки там, где традиционные методы не эффективны. Другой пример — разработка молодых специалистов эндоскопа "Ландыш", который значительно облегчает процедуру эндоскопии, заменяя проглатывание шланга на проглатывание миниатюрной капсулы с камерой, передающей изображение на экран компьютера. Такое оборудование имеет большое будущее и может применяться в широком спектре задач — от гастроэндоскопии до беспилотных устройств, способных выявлять радиоактивное загрязнение территории. Какая судьба таких инноваций? Их выпускают малыми сериями. Создаются небольшие инновационные компании, работающие в рамках законодательства (ФЗ-217). Конечно, эти предприятия пока не приносят миллиардных прибылей, но они успешно обеспечивают себя и привлекают молодежь.
В образовательной сфере планируются изменения, в частности, планируется отказаться от ряда заочных и вечерних программ. Что это значит для вашего университета? Необходимо найти разумный баланс между очной и заочной формой обучения. Нельзя подготовить врача только заочно, ведь его дальнейшая практика связана с операционным вмешательством. Так же невозможно полностью подготовить инженера или производственника без очного обучения. Недавно мы обсуждали с руководителем проекта "Производственная система Росатом" С. А. Обозовым важнейший момент — интеграцию образования и производства. Для инженера это основополагающий аспект. Каждый выпускник инженерного направления обязан отработать определенное количество часов на производственной площадке или лабораторной установке. При этом заочная форма возможна, но с обязательным выполнением лабораторных и практических заданий.
Наш вуз достаточно непростой и регионально распределенный. Лучшие преподаватели работают в Москве и Обнинске, а филиалы, значимые для "Росатома", расположены в закрытых атомных городках (ЗАТО). Решение вопроса обучения студентов в филиалах происходит либо через выезд преподавателей на места, либо посредством дистанционных курсов и кейс-технологий, позволяющих студентам посещать лекции удаленно. Однако обязательная часть лабораторных занятий и часов производственной практики должна быть отработана, чтобы выпускник пришел на предприятие с необходимыми навыками. Я считаю, что чрезмерное увлечение дистанционным обучением в технической сфере — это ошибка. Очное обучение должно сохраняться в значительной мере.
Как обстоят дела с привлечением студентов из открытых городов в ЗАТО? Здесь есть две важные аспекты. Уровень подготовки школьников в закрытых городах выше — это аксиома. Закрытость округа несет как преимущества, так и недостатки. При приездe в, например, Саров, студент попадает в сообщество сильных педагогов и ученых ВНИИЭФ. Основная проблема — размещение в общежитиях. Мы были бы рады принимать в саровский филиал в несколько раз больше студентов, чем сейчас. На данный момент существует проект строительства общежития на 200 мест за счет средств "Росатома". Естественно, этого мало. Саров борется за статус территориального инновационного кластера, идея создания которого поддерживается президентом. Думаю, что Саров — один из фаворитов конкурса, и в случае победы мы будем добиваться строительства общежития на 500–700 мест. Это позволит привлекать студентов из разных регионов и формировать научные команды из разных институтов страны.
В прошлом году была создана ассоциация "Консорциум опорных вузов госкорпорации 'Росатом'". Каковы ее задачи? Это объединение тридцати крупнейших университетов страны, готовящих специалистов для ядерной отрасли, включая НИЯУ МИФИ, СПбГУ, НГТУ им. Р. Е. Алексеева, МГТУ им. Н. Э. Баумана и другие. Главная цель — объединить усилия и координировать взаимодействие ведущих вузов для повышения качества подготовки кадров для "Росатома". Планируется анализ образовательных программ с целью более точного их соответствия нуждам отрасли. Уже на уровне управления корпорацией принято решение к первой половине 2012 года создать Русский ядерный инновационный консорциум (РЯИК) — своего рода структуру сотрудничества работодателя и вузов. Ассоциация опорных вузов будет коллективным членом РЯИКа, именно эта организация будет определять, кого и как нужно готовить, устанавливать образовательные стандарты и организовывать сертификацию специалистов. После окончания вуза выпускник получает диплом, но сертификация инженера должна проводиться не только институтом, но и работодателем совместно с профессиональными организациями.
На какие программы трудоустройства могут рассчитывать выпускники атомных специальностей? Процесс отлажен, но требует улучшений. По системе специалитета распределение на производственную практику начинается уже на 4-м курсе. В последние три года существует правило: менее 20% выпускников должны продолжать преподавание или обучение в аспирантуре, а более 80% — направляться на предприятия отрасли. Обычно студент с 4-го курса заранее знает место будущей работы. Правда, возникают логистические сложности: например, если студент из Москвы едет на практику в Саров, он не всегда остается там работать, хотя бывают исключения — интересная работа, достойная зарплата и жилье удерживают его. Мы стараемся подбирать предприятия, где выпускники смогут остаться надолго. Законодательство не позволяет насильно направлять людей, поэтому задача предприятий — стать привлекательными работодателями. Если предприятие не предлагает достойную зарплату, жилье и социальные гарантии, такой объект не может быть выбран для распределения. Для успешных предприятий мы в два раза увеличили число студентов, проходящих практику и дипломные проекты.
Каков процент выпускников, остающихся работать по профессии? Более 60% находят работу в профильных организациях отрасли, остальные — в университетах Российской академии наук, научных центрах и крупных государственных структурах. В регионах доля трудоустройства по специальности выше — около 70%. Большинство продолжает работать по профессии в течение минимум двух лет.
Вы упомянули специалитет. Что с бакалавриатом и магистратурой? Главная задача РЯИКа — разработать нормативы карьерного роста для бакалавров, поскольку это полноценное высшее образование. На данный момент компании не всегда готовы принимать бакалавров на широкий спектр должностей. Если потребуется принимать только магистров, это приведет к излишнему образованию для некоторых профессий. Международный опыт, например, в США, показывает, что после бакалавриата можно работать на различных позициях на АЭС. Нам придется перестраивать образовательную систему, что является сложной задачей. Семестровое изучение курса физики длится 5–6 семестров (около 2,5–3 лет), учитывая сниженный уровень школьников, мы тратим время на доработку знаний. При бакалавриате, который длится 4 года, времени на специализированные дисциплины остается меньше. Поэтому часть предметов, изучаемых в первые три курса, переносится в магистратуру. Такой подход позволяет дать студенту минимум знаний, но достаточных для работы на многих позициях на АЭС. Однако компании пока не встроили бакалавров в свои нормативные документы, и задача РЯИКа — сбалансировать интересы работодателей и вузов, адаптируя отраслевые стандарты.
Как вы относитесь к переходу некоторых университетов от традиционной факультетской структуры к университетской? По моему мнению, это во многом вопрос терминологии и игры слов. Например, МИСиС и Томский политехнический университет отказались от факультетов в пользу структуры с университетскими направлениями, что является стандартным вариантом развития. Образование — консервативная сфера, и её нельзя менять слишком резко, иначе через несколько лет от системы ничего не останется. Образование, как и культура, опирается на традиции, и хотя модернизация нужна, она должна быть взвешенной. При поступлении студента мы примерно представляем, какой будет индустрия через 6 лет. Сейчас мы начинаем понимать, какие структурные изменения нужны внутри МИФИ. Планируем создать энергетический блок кафедр внутри института, обслуживающий как атомные станции, так и новую ядерную энергетику. Это сложная задача, так как энергетикой занимаются сразу московская, обнинская, волгодонская, северская площадки — всего 20 филиалов. Нельзя реформировать структуру в Москве, не коснувшись регионов. При этом это тесно связано с изменениями в самой корпорации "Росатом", которые продолжаются. Тем не менее энергетический блок кафедр будет создан в ближайшее время. Рассматривается создание блока кафедр, посвященных физике частиц и сверхвысоких энергий — открытия в этой сфере способны вывести энергетику на совершенно новый уровень, масштабом в 3–6 порядков выше атомной. Мы уже сформировали множество кафедр, связанных с ядерной медициной и прикладной сверхпроводимостью, ориентированных на потребности "Росатома".
Вернемся к теме различных консорциумов. Год назад стартовал отбор в Открытый институт Сколково. Работа с Сколково — сложный многоаспектный проект. НИЯУ МИФИ вошел в число вузов, которые первыми подписали меморандум о сотрудничестве со Сколково. Наши студенты — одни из первых, кто стал слушать курсы Открытого института Сколково среди 6 российских вузов. Мы активно участвуем во всех пяти кластерах Сколково, а также в создании Сколковского института науки и технологий (SkTech), который реализуется при участии ведущего мирового исследовательского вуза — Массачусетского технологического института (MIT). Мы гордимся тем, что из примерно 250 заявок прошли в число 13 финалистов первого этапа по созданию центров образования, исследований и инноваций SkTech. В итоге выберут от трех до пяти. Тогда такой центр объединит МИФИ, MIT и SkTech. В этом проекте дело не только в финансах (примерно $12 млн на участника на три года), а в полном включении в международную систему "наука — образование — инновации". MIT силен тем, что быстро превращает свои технологии в коммерческие продукты. Мы можем многому научиться у них и построить систему образования в соответствии с международными стандартами. У нас есть 20-летний опыт разработки программ с американскими вузами по ядерным направлениям. Сейчас мы активно сотрудничаем с МАГАТЭ, стремясь стать центром компетенций по ядерному образованию для стран бывшего СССР и центром подготовки кадров для стран, где "Росатом" развивает проекты, включая Вьетнам, Турцию, Иорданию, Белоруссию, Аргентину. Совместно с МАГАТЭ и "Росатомом" мы готовы оказывать помощь в подготовке и переподготовке специалистов. Новые объекты требуют большого количества квалифицированных кадров. В Обнинске уже обучается свыше 250 иностранных студентов, а к 2017 году мы планируем увеличить это число до 1200.