Реальная угроза повторения техногенных катастроф, уже не раз потрясавших...

Реальная опасность техногенных аварий подобного рода, уже не раз происходивших в США и Европе, требует, чтобы собственниками объектов ключевой сферы жизнеобеспечения являлось государство на федеральном, региональном и муниципальном уровнях. Это не исключает существование акционерных компаний в энергетике и предоставление услуг частными предприятиями.

Важно, чтобы контрольный пакет акций в каждой отрасли жизнеобеспечения для страны с суровыми климатическими условиями принадлежал государству. Именно по такому принципу работают энергокомпании в странах Северной Европы и Канаде.

Основным владельцем энергетических предприятий в США (гидро- и атомные станции) выступает правительство, а компании, обслуживающие город, находятся в собственности муниципалитетов. Накануне Дня энергетика можно отметить, что правительством утверждена программа развития энергетики, предусматривающая возведение в период с 2011 по 2017 годы энергомощностей объемом 50 ГВт.

В этом году введено около 6 ГВт новых энергомощностей (без учета атомных станций), что в 3,5 раза превышает достижения РАО "ЕЭС России". Однако этот успех остался недооценённым специалистами.

Почему же так? Первое: энергетика в первую очередь оценивается по уровню надежности.

Именно надежность электроснабжения за последние годы вызвала серьезные опасения общественности. За это время произошло множество аварий на крупных электростанциях в Приморском крае, Тюменской, Свердловской и Московской областях.

В результате масштабной аварии летом 2005 года в Москве была нарушена подача электроэнергии в пяти регионах, а в августе 2009 года случилась трагедия на Саяно-Шушенской ГЭС.

За последние два года зарегистрировано свыше 100 случаев полной остановки электростанций.

Год назад сотни тысяч людей остались без света из-за "ледяного дождя". Второе: негативное восприятие вызвала ускоренная инфляция тарифов после распада отрасли и либерализации рынка.

Уровень тарифов достиг европейских значений. Например, малый и средний бизнес в Курской области, где расположена одна из крупнейших АЭС, вынужден платить за электричество по цене 6,5 руб./кВт•ч. В Амурской области, обладающей избытком электроэнергии за счет ГЭС, тариф для сельскохозяйственных переработчиков равен 5,42 руб./кВт•ч. Третье: с недоверием воспринимается нынешний успех в возведении новых энергомощностей.

Во-первых, этот успех связан с очень коротким сроком, поскольку после 2015 года темпы обновления существенно снизятся почти в пять раз.

Во-вторых, основные новые энергоблоки представлены ПГУ и ГТУ-ТЭЦ, объем которых в 2–3 раза меньше, чем традиционных пылеугольных блоков.

При этом угольная генерация должна иметь перспективы не только по запасам, но и по значительно более высокой рентабельности (в 4–5 раз) по сравнению с использованием газа в химической промышленности (производство пластмасс, удобрений) и при экспорте. В-третьих, на наших строительных площадках удельные затраты на вводимые мощности значительно выше как китайских, так и южноамериканских аналогов.

Это связано с неэффективной организацией строительных работ и, естественно, с коррупционными откатами.

В-четвертых, беспокоит большой объем дорогостоящего импортного оборудования на энергетических объектах.

Это не только многократно увеличивает затраты на техническое обслуживание, но и ставит под угрозу энергетическую безопасность России. И это лишь часть проблем.

По моему мнению, некоторые негативные факторы остаются вне внимания экспертов.

Выделю их. Опыт показывает, что ответственность за энергоснабжение должна быть связана с определенной территорией и начинаться с разработки планов развития, заканчиваясь организацией эксплуатации.

Ранее этим занимались вертикально интегрированные компании АО-энерго.

Единственным недостатком было изобилие мелких организаций наподобие "Воробейэнерго" рядом с крупными фирмами — "Мосэнерго", "Свердловскэнерго", "Тюменьэнерго" и "Красноярскэнерго".

Убеждён, что рано или поздно появятся крупные компании нового уровня, способные объединить интересы производителей и потребителей электроэнергии. Иначе мы рискуем значительно отстать по производственным возможностям, финансовой устойчивости и мобилизационной готовности от ведущих европейских, американских и китайских корпораций.

Из-за дистанцирования энергетических компаний от потребителей объективность оценок снижается.

Практически все предприятия предоставляют специализированные услуги, при этом потребителя почти не видно.

Оперативное управление, генерация и транспортировка не несут ответственности перед конечным потребителем. Название "гарантирующий поставщик" (ГП), которое должно было обозначать ответственность, вызывает у потребителей лишь циничную усмешку.

В энергетической сфере нужны не судебные разбирательства, а быстрая реакция, чего ГП обеспечить не способен. Требуются компетентность и организационные способности руководства.

В настоящее время необходимы руководители прогрессивного типа с креативным подходом как к технологическим, так и к финансовым задачам.

Успешное развитие корпораций базируется на опыте прошлой деятельности.

Сейчас мы откровенно отстаём по многим показателям.

В развитых государствах существуют независимые корпорации и объединения, в том числе внутренние аудиторские университеты по вопросам менеджмента, чтобы каждые 4–5 лет оценивать эффективность управленческих структур и руководителей по ключевым направлениям.

Результаты аудита служат основой корпоративного роста.

При реформировании электроэнергетики способности Минэнерго РФ по выполнению государственных функций существенно ослабли. Несмотря на рост численности госслужащих в стране, сотрудники Минэнерго сократились в десять раз.

Это привело к снижению эффективности исполнения одной из главных публичных задач — разработки обновленной нормативно-правовой базы.

На ухудшение работы электроэнергетики влияют и продолжают влиять серьезные недостатки в работе других федеральных ведомств.

Государственное влияние на тарифную политику и доходность энергетических компаний ограничено только установлением цен на электрическую и тепловую энергию.

При этом стоимость топлива, металлов и транспорта формируется по свободному рынку. Такая система была бы работоспособной при наличии у нас законодательства, запрещающего сверхприбыли торговцев, либо при введении прогрессивного налога на сверхприбыль до 50–75%, как это применяется во многих странах. Сравнительный анализ Института естественных монополий показал, что прибыльность топливных компаний достигает 35–40%. Значительный рост цены на электроэнергию связан с отсутствием цивилизованной финансовой политики для инвестиций в расширенное воспроизводство.

Мировая практика предусматривает тарифное финансирование текущего воспроизводства и государственное финансирование расширенного.

Возложение значительной доли финансирования расширенного воспроизводства на тарифы увеличивает стоимость электроэнергии на 10–20%. Государственно-частное партнёрство, широко применяемое в США и Китае, в российских условиях превратилось в механизм договоров поставки мощности (ДПМ).

Без контроля над издержками строительства, при высоких кредитных ставках и в два раза меньших сроках окупаемости инвестиций по сравнению с западными странами, затраты на создание энергообъектов возрастают примерно на 20%. Ещё больший ущерб экономике наносит модель спотового маржинального рынка, при которой продажа электроэнергии происходит не по средней цене поставщиков, а по максимальной цене электроэнергии, включенной в баланс поставщика.

Вычисления показали, что при полной либерализации рынка и значительном разбросе затрат на электростанциях дополнительное экономическое бремя составит от 200 до 600 миллиардов рублей ежегодно. В настоящее время правительство предпринимает ряд мер по снижению сверхприбыли поставщиков, но принципиально модель рынка не изменилась.

Аналитики компании "Ренессанс Капитал" Дерек Уивинг и Владимир Скляр (журнал "Энергорынок", октябрь 2011 г.) оценили влияние стоимости капитала на среднюю цену электроэнергии. В зависимости от эффективности компании и объема заемных средств удорожание может варьироваться от 10 до 50%. Плохая промышленная и градостроительная политика также негативно влияют на эффективность капитальных вложений в энергетику.

Например, после аварии в Москве в 2005 году развитие сетевого комплекса города осуществлялось разными собственниками без учёта существующего состояния сетей ФСК, МРСК и реального прогноза нагрузок.

В итоге пять крупных трансформаторных подстанций эксплуатируются с перегрузкой 15% на отдельные нерезервируемые сети.

На Дальнем Востоке из-за отсутствия промышленного развития коэффициент использования установленной мощности электростанций не превышает 40%. Расчёты показывают, что увеличение коэффициента использования мощности на 10% снижает тарифы на 7%. В итоге вопрос надежности и эффективности электроэнергетического комплекса России невозможно решить без комплексных государственных мер, обеспечивающих эффективность управления отраслью на базе крупных энергетических компаний в объединённых диспетчерских зонах. Выход на предельный уровень тарифов требует первоочерёдного внедрения экономических, финансовых и управленческих решений, позволяющих сокращать стоимость электроэнергии за счёт ограничения прибыли поставщиков топлива и металлов, а для новых мощностей — через удешевление заемного капитала и увеличение доли отечественного производства.

Развитие электроэнергетики должно строиться на условиях (оптовые, долгосрочные заказы), позволяющих создавать крупные предприятия машиностроения и строительства, способные обеспечить конкурентоспособность на внутреннем рынке и энергетическую безопасность страны.

О авторе Виктор Васильевич Кудрявый в 1996–2003 гг. занимал должность заместителя министра энергетики РФ, был председателем совета директоров РАО "ЕЭС России", доктором технических наук, научным руководителем НТЦ "Оптимизация управления в энергетике", членом совета директоров "РусГидро".

Условием развития Ямало-Ненецкого автономного округа — нефтегазового хранилища России — является рост генерации, однако перспективы сдерживаются нехваткой электроэнергии.

В настоящий момент на Ямале ещё имеются населённые пункты, жизнедеятельность которых обеспечивается автономными дизельными электростанциями.

Топливо (нефтепродукты, уголь, древесина) доставляется лишь один раз в год — в навигационный сезон.

К территориям, не охваченным централизованным электроснабжением, относятся не только удалённые труднодоступные сёла, но и окружной центр — Салехард. Уже начаты работы по возведению объектов, позволяющих решить проблему энергозависимости и дать новый импульс промышленному развитию арктических территорий Ямала.

В ближайшие годы будут соединены электролинии Салехарда и Надыма. Строительство 220 кВ линии входит в инвестиционную программу ОАО "Тюменьэнерго".

Вся необходимая проектно-сметная документация готова, получено положительное заключение Госстройэкспертизы, оформлены договоры аренды земельных участков в Надымском и Приуральском районах. Уже начата вырубка просек со стороны Надыма, выполняются разбивка опорных центров, сборка опор и устройство свайных фундаментов.

Правительство округа совместно с компанией "Урал Промышленный – Урал Полярный" согласовали строительство электростанции "Полярная" в Салехарде с проектной мощностью 268 МВт.

Запланированный ввод в эксплуатацию – 2013 год.

По словам первого заместителя губернатора ЯНАО Евгения Мискевича, подключение Салехардского энергокомплекса к централизованной сети и запуск новой электростанции обеспечат надёжное энергоснабжение потребителей этой части автономного округа: "Ежегодно мы наблюдаем рост потребления электроэнергии на 5–6% в среднем.

Это прежде всего связано с развитием нефтегазовых компаний, расширяющих добычу и сферу деятельности на территории округа. Строительство новых генерирующих объектов и линий электропередач станет важным шагом к решению проблемы энергозависимости Ямало-Ненецкого автономного округа".

Справочно Ежегодно на предварительный централизованный завоз топлива в округе тратится свыше 2 миллиардов рублей.

Так, в Красноселькупский район дизельное топливо, обеспечивающее работу электростанций района, доставляется только в навигационный период из Сургута (расстояние от НПЗ — 2573 км) и Омска (4133 км). Период навигации длится около четырёх месяцев — с середины июня до середины октября. Программа строительства новых генерирующих мощностей и модернизации существующих уже реализуется.

Источниками финансирования служат средства Ямало-Ненецкого автономного округа и инвестиционные программы компаний электроэнергетики.

Так, ОАО "ОГК-1" возобновило строительство парогазовой установки на мощностях Уренгойской ГРЭС мощностью 450 МВт. Ожидаемый срок ввода объекта — конец 2012 года.

Филиал ОАО "ФСК ЕЭС" МЭС Западной Сибири выдал технические условия на подключение к электрическим сетям.

Основное оборудование уже доставлено. До 2015 года планируется построить электростанцию в Тарко-Сале мощностью 600–660 МВт (пилотный проект с применением механизма гарантирования инвестиций) и электростанцию в Надыме, строительство которой включено в стратегию социально-экономического развития ЯНАО.