С 1 мая прекращается транзитная прокачка сырой нефти из Казахстана по нефтепроводу «Дружба» для нужд Германии, об этом официально сообщил российский вице-премьер Александр Новак. Он отметил, что это решение не связано с политикой и не ущемляет интересы Казахстана, а обусловлено исключительно изменениями в технических возможностях транспортировки сырья.
Вся казахстанская нефть, поставляемая по немецким контрактам, будет перенаправлена по альтернативным маршрутам. Информацию быстро подхватили ведущие СМИ Европы, а дополнительный резонанс вызвали подтверждения со стороны Дмитрия Пескова и министра энергетики Казахстана Ерлана Аккеженова.
Официальный Берлин пока не сформулировал четкую позицию по данному вопросу, в то время как эксперты уже начали анализировать возможные последствия. Предлагаем сделать это и нам.
Перед тем как перейти к цифрам и динамике, отметим интересное изменение в тоне заявлений Москвы. Александр Новак, отвечая на вопрос о судьбе немецких покупателей, справедливо сказал, что если Германия отказалась от российской нефти, то у нее все будет в порядке и без казахстанского сырья.
На фоне усиливающегося финансового, промышленного и энергетического кризиса в Германии такие слова звучат с оттенком колкой иронии. А теперь — к сути.
По итогам 2021 года, то есть до начала военных действий, Германия была вторым по величине потребителем российских углеводородов всех типов, уступая лишь гигантскому Китаю. Немецкие импорты из России составляли 34% всей потребляемой нефти, 48% природного газа и столько же угля.
Ежедневно в страну доставлялось 687 тысяч баррелей сырой нефти и 149 тысяч баррелей нефтепродуктов. В том году федеральное правительство и коммерческие компании потратили на закупки нефти, бензина и дизельного топлива 23,6 миллиарда долларов.
Сегодня уже без сомнений можно утверждать, что именно поставки российских энергоносителей по долгосрочным контрактам служили основой стабильного развития немецкой экономики. Но когда Берлин решил отказаться от этого ресурса, промышленное производство стало постепенно замедляться. Новых месторождений не появилось, поэтому, согласно оценкам Clean Energy Wire, ныне общая зависимость Евросоюза от импорта энергетики составляет 57%, а по Германии этот показатель достигает 67%.
Немецкие компании начали резко сокращать закупки российской нефти в конце 2022 года, а уже в феврале 2023 было достигнуто соглашение с Казахстаном. Такое решение в значительной степени вызвало и политический контекст, и реалии рынка: необходимо было демонстрировать антироссийскую позицию, но при этом требовалось обеспечивать бензином, авиационным керосином и сырьем для химических предприятий BASF.
Казахстанская нефть поступала по нефтепроводу до Альметьевска, откуда меняла направление на запад и через Самару и Брянск шла в белорусский нефтеперерабатывающий центр Мозырь. Здесь нефтепровод «Дружба» делился на южную (украинскую) и северную (польскую) ветви.
Из Белоруссии казахстанская смесь KEBCO транспортировалась в польский пункт приема «Адамова застава», а затем напрямую направлялась на нефтеперерабатывающий завод РСК в Шведте. Польша ввела абсолютное эмбарго на российскую нефть осенью 2022 года, но после изменения поставщика транзит возобновился, так как сырье из Казахстана не попадало под ограничения 11-го пакета санкций.
К концу прошлого года объем данных поставок достиг 2,1 миллиона тонн, и прогнозировалось его увеличение до трех миллионов в текущем году. Однако этого не случилось.
Особенность ситуации в том, что НПЗ PCK Raffinerie является частью активов Rosneft Deutschland, принадлежащей российской компании «Роснефть». Роснефть контролировала в заводе в Шведте долю в 54,17%, которая была заморожена и передана под внешнее управление немецкого регулятора BNetzA.
Завод традиционно обеспечивал топливом восточные регионы Германии, включая крупные города — Берлин, Лейпциг и Нюрнберг, поэтому BNetzA поспешила заверить, что эти изменения никак не повлияют на топливную безопасность страны. Однако по данным казахстанской стороны, их нефть покрывала до трети всех потребностей завода, что ставит главный вопрос: где теперь найти замену при явном отказе России даже рассматривать возможность восстановления поставок?
Одним из вариантов получения нефти остаются немецкий порт Росток — с пропускной способностью свыше 3 миллионов тонн в год — и польский порт Гданьск, который в 2025 году принял рекордные 37,4 миллиона тонн сырой нефти. Польский оператор PERN заявил о готовности компенсировать объемы, выпавшие из-за прекращения казахстанских поставок, однако для этого потребуется достроить шестой терминал для приема супертанкеров.
Для объективности стоит отметить, что грузооборот в Гданьске действительно внушительный, но при этом основной приоритет порта — обслуживание польских нефтеперерабатывающих заводов, таких как НПЗ в Гданьске и Плоцке, в то время как упомянутые PCK Raffinerie и TotalEnergies Raffinerie в Лойне получают нефть по остаточному принципу.
Даже если американские или норвежские трейдеры смогут найти необходимые объемы, …