Ушедший 2016 год был для мировой нефтегазовой отрасли худшим ежели...

Ушедший 2016 год был для мировой нефтегазовой отрасли худшим ежели не за всю историю, то со времен нефтяного кризиса 1973 года. Людей увольняли десятками тыщ, наикрупнейшие компании теряли млрд баксов, а маленькие компании разорялись. Лихорадило смежные отрасли и экономики целых государств.

Но сейчас цены на нефть вновь отправь ввысь, и ситуация начала исправляться. Русский нефтегаз пережил более грозные времена достойно.

Некие компании даже смогли вырасти на падающем рынке и показать повышение прибыли.

Но впереди новейший тяжелый год. Ожидать возвращения 7 тучных лет пока рано.1-ый вопросец, очевидно, стоимость на нефть.

На момент написания этих строк она превысила $57. Еще два года назад эта стоимость казалась чертовски низкой, а сейчас вселяет оптимизм, хотя ей и далековато до удобных $80–85 за баррель. На этом фронте самую большую опасность представляют два фактора: вероятный срыв договоренностей о сокращении производства темного золота и резкий рост добычи в США.

Притом сходу оговоримся, что опасность эти причины представляют лишь в критериях сегодняшней системы ценообразования, которая, по нашему глубочайшему убеждению, просит конструктивного пересмотра.

Она гиперчувствительна к неясным ожиданиям, смутным тревогам и горячим новостям.

Срыв договоренностей о сокращении добычи нефти навряд ли произойдет.

При сохранении сегодняшней динамики на рынке — другими словами ежели стоимость продолжит восстанавливаться и ни один из игроков, не участвующих в сделке, не продемонстрирует резкого роста добычи. Большего внимания из таковых игроков заслуживают США.

Принято считать, что южноамериканский нефтегазовый комплекс способен динамично реагировать на конфигурации и оперативно увеличивать добычу. А рост цен на нефть приведет к пересмотру стоимости активов и откроет новейшие способности по кредитованию.

Вообщем, ежели поглядеть на финансовое положение большинства нефтегазовых компаний в Штатах, то обнаружатся и одичавшие объемы задолженностей, и неясные перспективы по выходу на окупаемость имеющихся проектов даже при предстоящем росте цен на энергоносители. Потому рискнем представить, что добыча нефти в США остановится на сегодняшних уровнях, а вероятные конфигурации будут происходить в коридоре 100–200 тыс.

баррелей в день.

В неприятном случае цены опять начнут понижаться, что снова же стукнет сначала по менее адаптированным игрокам. Мировой спрос на нефть будет расти.

Это событие, кстати, делает достигнутые договоренности по сокращению добычи приятным, но необязательным условием восстановления рынка.

Просто без совместного планирования и точного следования соглашениям рынок рисковал придти к недостатку энергоносителей.

А недостаток, пусть и короткосрочный, не нужен ни торговцам, ни покупателям. Существует также животрепещущий вопросец газовых поставок.

Как понятно, на Западе существует мировоззрение, что «российские поставки скоро будут никому не нужны», потому что в Штатах и Австралии вводятся в строй «мощные фабрики по производству сжиженного природного газа (СПГ)».

Согласно данной точке зрения, практически уже в 2016 году «ультрадешевый южноамериканский СПГ» был должен начать вытеснять газпромовские поставки с евро рынка.

А австралийский газ сделает ненадобными восточные газотранспортные проекты Рф! Правда, действительность такая, что в 2016 году у южноамериканского СПГ экспансия не задалась.

Ну и австралийцы столкнулись с безмерной накладностью производства СПГ при недостаточной ресурсной базе. Другими словами, фабрики стоят не попросту недешево, а очень недешево, при всем этом собственная австралийская добыча голубого горючего не способна обеспечить безмерные амбиции экспортеров.

Вопреки ожиданиям некой — и, кстати, достаточно значимой — части экспертного общества америкосы и австралийцы в 2016 году смогли вывести на рынок незначимые объемы СПГ. Притом им пришлось продавать газ ниже себестоимости.

Ожидавшейся ценовой войны не вышло. Вообщем, как такие производители могут развязать ценовую войну против компаний, которые в сегодняшних критериях торгуют с прибылью, и одолеть в ней — остается огромным вопросцем.

Полагаем, и будущий 2017 год не даст на него ответа.

Быстрее мы увидим пробы пересмотреть заключенные с южноамериканскими производителями контракты, также перенос и отмену ряда проектов.

Зона неопределенности для русского газа в 2017 году лежит не в области конкурентноспособной борьбы с заморскими поставщиками, а в области судебных тяжб. Взаимные претензии «Газпрома» и «Нафтогаза» начнут разбираться совершенно скоро.

Позиция «Газпрома» опирается на работающий договор, а позиция «Нафтогаза» — на нежелание платить по счетам.

Которые, кстати, ему не выставляли до того времени, пока «Нафтогаз» не обратился в трибунал, желая получить «немного денег» с «Газпрома».

«Немного денег» в данном случае — это сумма, приблизительно равная расходной части бюджета Украины на 2017 год. Встречные претензии «Газпрома» на несколько млрд больше.

Ситуация такая, что даже частичное ублажение русского иска будет неподъемным для украинской экономики, которая «стремительно расцветает» крайние три года в критериях «побежденной коррупции» и «притока иностранных инвестиций».

А частичное признание было бы более вероятным финалом, если б разбирательства были на сто процентов очищены от политики. Но в имеющихся критериях трибунал вероятнее всего пойдет на затягивание разбирательств.

Благо способности для этого есть. В известном споре оптимист одолевает пессимиста, говорящего, что ужаснее уже не будет.

Оптимист считает, что ужаснее непременно будет.

Потому напоследок упомянем возможность разрастания конфликта на Ближнем Востоке. Война может перекинуться на сейчас благополучные нефтедобывающие страны Аравийского полуострова.

Тогда рынок темного золота ожидает не попросту рост, а стремительный, хотя и чрезвычайно грустный взлет.

В сегодняшних критериях этот вариант развития событий нельзя именовать совершенно уж неописуемым.

С новеньким вас 2017 годом!

Создатель — заместитель генерального директора Института государственной энергетики :Минэнерго РФ хочет уменьшить экспорт нефти в БелоруссиюБюджет РФ будет устойчив при стоимости нефти $40 за баррель