В Министерстве обороны Балтийский флот является безальтернативным фаворитом по предприимчивости и умению зарабатывать средства посреди других округов и флотов. По признанию заместителя министра обороны Владимира Исакова, толика балтийцев в общем объеме платных услуг, оказанных военным департаментом страны посторонним организациям, составила 31 процент. "Известиям" удалось выяснить, что в валютном исчислении эта цифра составила в прошедшем, 2003 году наиболее 200 млн.
рублей - Идет речь не только лишь о конкретно заработанных моряками деньгах, - объяснил "Известиям" управляющий пресс-службы Балтийского флота Анатолий Лобский, - да и о спонсорских поступлениях. В год 300-летия нашего флота кораблям и войсковым частям делались подарки: оргтехника, телеки, остальные бытовые приборы и ценные подарки. Все это ставилось на баланс и учитывалось как внебюджетные поступления. Ежели ранее все поступающие средства мы высылали на счета Министерства обороны, то в 2003 году нам было разрешено применять их для нужд флота. И все таки на Балтфлоте ширится практика оказания различного рода услуг коммерческим организациям. В ряде всевозможных случаев командование флота даже вынуждено провоцировать заработки на стороне. - Самый обычный пример - суда вспомогательного флота, - объясняет Анатолий Лобский. - В связи с сокращением финансирования боевой подготовки они должны стоять на приколе. Последствия такового простоя для кораблей губительны. И имущество разворовывается потихоньку, и суда ветшают. Мы отыскали работу для наших танкеров: коммерческая транспортировка нефтепродуктов. В итоге и корабли поддерживаем в боеготовности, и экипажам премии доплачиваем. В октябре наши буксиры на договорной базе перебазировали в столицу будущий музей на Москве-реке - сторожевой корабль "Дружный". С прошедшего года по договору с "ЛУКОЙЛом" наши спецы осуществляют противодиверсионную охрану платформы Д-6, базирующейся в море. А это и горючее для наших кораблей, и хорошая тренировка для наших водолазов. Основной доход флот получает от сдачи в аренду пустующих топливных терминалов и судоподъема. Последующей по прибыльности статьей являются транспортные перевозки. Геополитическое положение эксклава предоставляет военным морякам неплохой шанс заработать доп средства во внебюджетные фонды. - Мы уже не один раз давали Минтрансу осуществлять перевозки на Санкт-Петербург по наиболее низким расценкам, чем на паромной полосы Усть-Луга-Балтийск, - поведал "Известиям" командующий Балтийским флотом адмирал Владимир Валуев. - Имеющиеся у нас транспорты и танкеры различного водоизмещения способны перевозить всю номенклатуру народнохозяйственных грузов, - подтвердил слова командующего начальник вспомогательного флота БФ Владимир Самчук. - У нас развита береговая инфраструктура, оборудован причальный фронт. Не считая обычных грузов балтийцам время от времени везет и на разовые, неординарные заказы. В 2002 году на военно-транспортном самолете из Москвы в западную губернию был переправлен цирковой медведь, в 1999-м - из Санкт-Петербурга в Калининградский зоопарк по морю доставлен жираф. - Нарушения при проведении коммерческих операций конечно имеются, - признает Лобский. - Но со стороны командования проводится комплекс мероприятий по пресечению денежных злоупотреблений. Все подряды распределяются через открытый тендер, а заключаемые договоры подлежат согласованию в финуправлении флота, в ФСБ и в Военной прокуратуре. Внебюджетные средства, по утверждению управления флота, направляются на социальные и коммунальные объекты. На переоборудование казарм в жилые помещения, переоснащение госпиталей и поликлиник, на ремонт матросских кафе и чайных. Цены в схожих заведениях общепита не имеют ничего общего с рыночной экономикой. Стакан чая стоит 30 копеек, булочка - 40, бутерброд с колбасой - около 80. При всех положительных аргументах, приведенных в защиту предпринимательской деятельности военного ведомства, вопросец о том, чем же должны заниматься защитники родины, остается открытым. В какой-то момент соблазн заработать доп копейку может разрушить выполнению государевыми людьми в погонах собственных прямых и чрезвычайно ответственных обязательств. Еще печальнее, ежели в перспективе назначение на посты и должности будет производиться исходя из коммерческих свойств претендента. История не один раз обосновывала: на войне действуют законы войны, а не торговли. А кто посуду будет мыть?! Ежели контрактников, которыми лишь и будут в перспективе комплектоваться русские части неизменной боевой готовности, освободят от рутинных обязательств по приготовлению еды, уборке помещений и покраске газонов к приезду начальства, то кто же станет делать эти обязанности? - задают вопросец скептики. Неуж-то нанимать для этого гражданских служащих? Конкретно так, отвечают им сторонники реформы. И ссылаются на обеспеченный забугорный опыт. В экономическом смысле в этом нет ничего принципиально новейшего. Неограниченное количество личных компаний перекладывает часть собственных обязательств на посторонние организации: например, ликвидируя свою бухгалтерию и перепоручая ведение бухгалтерских отчетов иной фирме. Такое перекладывание именуется аутсорсинг, и в масштабах мировой экономики расходы на него превосходят $1 трлн в год. Но перекладывание части военных функций на личные компании - это некоторый новейший парадокс. Южноамериканский ученый Питер Сингер даже написал о нем книжку: "Корпоративные воители". Годы, прошедшие опосля окончания "прохладной войны", принудили ввести в обиход новое понятие - приватизированная военная компания. Это личная организация, которая торгует не орудием и снаряжением, как компании "классического" военно-промышленного комплекса, а специфичными услугами, которые могут быть нужны лишь на войне либо в критериях, близких к войне. Предпосылкой стало изменение сущности современной войны. Огромные армии, противостоящие друг дружке, ушли в прошедшее. Техника становится все труднее, и ее сервис просит долголетних способностей, а они не постоянно есть у военнослужащих, подверженных нередкой ротации. Так что мастера, некогда состоявшие в рядах вооруженных сил и спецслужб, получают возможность "продавать" имеющиеся у их проф способности. С иной стороны, обучение и содержание военнослужащих стоит чрезвычайно недешево, потому страны нередко считают неосуществимым применять экспертов на работах, не требующих высочайшей квалификации, - к примеру, для мытья посуды в солдатских столовых. Личные фортификаторы и военкоматы В США приватизированные военные компании охраняют ряд стратегических объектов - к примеру, космодромы НАСА, хранилища ядерных боеприпасов и даже некие штабы вооруженных сил. Южноамериканские военные употребляли помощь личных подрядчиков в Ираке, Сомали, Руанде, Гаити, Афганистане. С 1994 по 2002 год Пентагон заплатил схожим подрядчикам в США наиболее $300 миллиардов. В том же Афганистане личные контракторы обслуживают и управляют дистанционно пилотируемыми летательными аппаратами, которые проводят разведывательные операции. Южноамериканская компания Halliburton обеспечивает войска топливом и горючим. В Австралии схожая структура (компания Manpower) занимается вопросцами призыва на военную службу - конкретно через нее проходят все желающие служить в австралийской армии. В Англии личные подрядчики обучают военных моряков управлять более современными атомными субмаринами. В Саудовской Аравии личные подрядчики являются советниками высших офицеров, а де-факто командуют саудовской армией. Личные компании обучают иракскую полицию и пограничников. В 1991 году, во время первой войны в Персидском заливе, на каждые 100 американских военнослужащих, расквартированных в этом регионе, приходился 1 сотрудник компании, выполнявшей работы по обслуживанию армии. В 2003 году на 100 боец приходилось уже 10 личных контракторов. Сотрудники личных компаний стирали солдатское белье, готовили им обеды, доставляли горючее, обеспечивали военные лагеря электричеством, строили укрепления и т. д. Компании, относимые к приватизированным военным фирмам, такие как Halliburton, Bechtel, Dyncorp, Parsons International, Research Triangle Institute, получили $87 миллиардов из средств, отпущенных на восстановление Ирака. Такового рода компании действуют во почти всех странах и на всех континентах. Их годовой оборот добивается $100 миллиардов. К услугам схожих структур прибегают транснациональные компании, которые употребляют их для охраны нефтепроводов, промышленных объектов и т. д. В протяжении пары лет стабильность в одном из более взрывоопасных стран Африки - Сьерра-Леоне обеспечивали личные компании, нанятые местным правительством. Сначала это делала компания Gurkha Security Group (сотворена бывшими военнослужащими элитных подразделений английских вооруженных сил). Но в 1995 году был убит ее директор, и компания отказалась от договора со сьерра-леонским правительством. В стране начались беспорядки, и власти спешно наняли другую фирму - Executive Outcomes, которая вернула спокойствие. На базе материалов агентства Washington Profile